logo
 
?

казино онлайн честное

Они уже дошли до отеля, но Эраст Петрович не спешил войти — показал жестом: рассказывай, хочу дослушать. Симон фамильярно приобнял одалиску в шальварах: — Где Клара? Перед дверью, края которой были обиты войлоком, он остановился, приложил палец к губам. С внешней стороны они были из грубо сколоченных досок, но изнутри увешаны коврами, так что получалась богатая, по-восточному украшенная комната. Стояли две кинокамеры: одна на отдалении, вторая прямо над диваном, где сидели репетирующие. Режиссер вскочил, сдернул с головы тюрбан, длинные черные кудри рассыпались по плечам.

У входа группками стояли и курили люди — одни в обычной одежде, другие в тюрбанах и халатах. Выражение лица сделалось сосредоточенно-благоговейным, будто в церкви перед алтарем. Клара была с выкрашенными в черный цвет волосами, одета в газовую тунику. Вы околдованы чувственной страстью, она сильнее наркотика!

Значит, перерыв еще не закончился, а Фандорин хотел попасть к Кларе в самую последнюю минуту. — Леона нельзя сбивать с настроения, — одними губами прошелестел продюктёр. Вообще-то восточной красавице полагалось бы носить шальвары, но тогда не было бы видно стройных ножек.

Здесь вперемежку разгуливали и болтали друг с другом стражники, молодые люди в коротких модных пиджачках, стриженые барышни с папиросами, рабочие в фартуках. — Все интерьеры турнируем там, только декорасьон меняем… Деревянные перегородки, составленные буквой П, огораживали середину помещения.

Во времена аль-Рашида ассасины еще не существовали. — Сейчас будем снимать концовку эпизода, объяснение Гаруна с Бибигуль. В вестибюле гостиницы народу было еще больше, чем снаружи. — Я арендовал под съемку банкетный зал, — объяснил шепотом Симон. На одном нарисованы купола и минареты, на другом висит большая, ослепительно яркая лампа, очевидно, изображающая солнце или, быть может, полную луну.

Великий Гарун аль-Рашид, калиф багдадский, по ночам бродит переодетым по Багдаду, чтобы знать жизнь простого народа. — Погоди, — удивился Фандорин, — если ты имеешь в виду Хасана ибн-Саббаха, он жил на три века позднее Гаруна. — все же несколько скомканно завершил рассказ продюктёр.

— Оригинальный сюжет, — не удержался Эраст Петрович. Беда в том, что в красавицу влюблен глава ордена убийц-ассасинов злодей Саббах. Бибигуль во власти сладострастных видений воображает, будто с нею прекрасный юноша, которого она видела из окна, а на самом деле это — Саббах. Клара обнажает ногу до самого колена, а через прозрачную кисею видно грудь. Он со счастливой улыбкой воззрился на мрачную физиономию Фандорина. Эраст Петрович думал не про прозрачную кисею, а про то, что, наверное, уже пора идти. — Тут появляется Гарун, и эта сцена разбивает ему сердце…

Но Гарун решает скрыть свой позисьон, чтобы Бибигуль полюбила мужчину, а не владыку. Сейчас будем делать турнаж сцены, от которой все сойдут с ума. Думаю, мы сделаем специальный вариант для заграничного проката — без купюр.

— …Вот так вот закрываете рукою глаза и сладострастно стонете, — говорил молодой человек в чалме и парчовом плаще.

Он приложил кисть ко лбу, изогнул шею и томно протянул: — О-о-о-о-о…

Взволнованная речь режиссера казалась Эрасту Петровичу сумбурной и невразумительной, но Клара, кажется, отлично всё понимала. — Длинные пальцы Леона изобразили в воздухе какую-то арабеску.

— Он наклонился и нежно погладил актрису по обнаженной шее — Фандорин удивленно моргнул.